Новости

Регистрация

0

новых

0

обновить

С бюджетом поматросили

[29.04.2015 / 10:08]

По данным Министерства образования РФ в настоящее время в стране проживает около 600 тысяч детей-инвалидов школьного возраста и лишь четверть из них может посещать общеобразовательные школы. Остальным же в силу различных физических и психологических проблем рекомендовано обучение на дому.

Дистанционное образование в Иркутской области развивается с 2009 года. С конца 2014-го в редакцию НКС из разных уголков региона поступило более 30 обращений от родителей детей-инвалидов, ставших участниками программы по дистанционному обучению, с просьбами разобраться в ситуации, которая сейчас сложилась с реализацией этого проекта.

Информация с мест от непосредственных благополучателей противоречит картине развития дистанционного обучения детей-инвалидов, которую рисуют чиновники областного министерства образования.

Наш материал – попытка разобраться в реальном положении дел.

В недавнем прошлом единственным способом получения обязательного школьного образования для детей с особыми потребностями было надомное обучение, когда педагоги сами приходили к ребенку и занимались с ним индивидуально. Сегодня, с повсеместным приходом Интернета, более актуальными, эффективными и интересными для школьников с инвалидностью стали проекты дистанционного обучения.  Они финансируются из федерального бюджета во всех регионах нашей страны, в том числе и в Иркутской области.

О том, что представляет собой техническое оснащение рабочего места ученика и сам процесс дистанционного обучения, мы узнали из министерского ответа.

Дома у детей-инвалидов бесплатно устанавливают компьютер со специальным оборудованием, подключают к сети, ещё один комплект устанавливается в школе, и в дальнейшем у учителей есть возможность проводить уроки по скайпу.

В состав аппаратно-программного комплекса входит интерактивное оборудование (базовый компьютерный блок, графический планшет, web-камера, цифровой фотоаппарат, цифровой микроскоп) и специализированная компьютерная техника, позволяющая детям с ДЦП, патологией слуха и зрения получать дистанционное образование. Следует подчеркнуть, что эти «аппаратно-программные комплексы» – удовольствие не из дешёвых. В беседах с родителями выяснилось, что, в зависимости от индивидуальной комплектации с учётом потребностей конкретного ребёнка-инвалида, их цена варьируется от 200 до 550 тысяч рублей.

С целью полноценной образовательной деятельности поддерживается доступ детей-инвалидов и педагогических работников к материалам специализированного сайта http://iclass.home-cdu.ru, а также региональной информационно-образовательной среды «Школа без границ». В программе обучения используются специализированные программные и технические комплекты «Opti Vote», «Mimio Studio», «Lab Disc», «Живая математика», «Живая физика» и т. д.

Очевидно, что развитие дистанционного образования детей-инвалидов стоит государству немалых денег, в чём можно убедиться, читая ещё один фрагмент ответа на редакционный запрос из министерства образования: «За время реализации проекта курсы повышения квалификации для работы в дистанционном режиме с детьми-инвалидами прошли 483 сетевых педагога из 39 муниципальных образований Иркутской области. Организовано обучение родителей (законных представителей) детей-инвалидов и детей с ОВЗ по использованию дистанционного оборудования и программного обеспечения. Обучение прошли 656 родителей (законных представителей) детей-инвалидов. Аппаратно-программные комплексы установлены 656 детям-инвалидам и переданы на основании договоров безвозмездного пользования».

Казалось бы, затрачены сотни миллионов государственных рублей на закупку дорогого оборудования и программного обеспечения, проделана серьезная работа по его доставке и подключению в 656 домах, проведена также недешёвая организационно-методическая работа по обучению обеих сторон образовательного процесса – сетевых педагогов и родителей, ведь новые технологии требуют новых знаний и современных методик преподавания. Для обеспечения работы программы организована специальная структура. Вот тут-то бы и развернуть во всю полноту процесс обучения, настолько увлекательный, что здоровым школьникам впору позавидовать белой завистью тем, о ком так щедро позаботилось наше обычно нещедрое на подобные вещи государство. Но…

Изначально, по информации Министерства образования Иркутской области, в проекте дистанционного обучения участвовало 656 школьников. По последним данным министерства «в 2014–2015 учебном году дистанционным образованием охвачено 417 детей-инвалидов». Таким образом, из проекта выбыло 36 % детей-инвалидов. Каковы причины отказа от столь щедрого дара более чем трети семей детей-инвалидов, многие из которых проживают в далёких от благ цивилизации населённых пунктах, где не везде есть не то что Интернет – до ближайшей школы не меньше 10 километров?

Разумеется, своей вины министерские начальники в этом не усматривают: «Причинами завершения дистанционного обучения детьми-инвалидами, которым были установлены аппаратно-программные комплексы, являются: снятие инвалидности, отказ родителя (законного представителя) от обучения, отсутствие у родителей возможности производить оплату услуг доступа рабочих мест детей-инвалидов к информационно-коммуникационной сети «Интернет».

При отсутствии у родителей (законных представителей) желания производить оплату услуг доступа к информационно-коммуникационной сети «Интернет» обучение приостанавливается до момента подключения. На основании ходатайств родителей (законных представителей) аппаратно-программные комплексы не изымаются».

С 1 июня 2014 года министерство не стало перезаключать с Ростелекомом действовавшие ранее договоры. Во время проведения ЕГЭ компания на добровольной основе ещё продолжала предоставлять доступ к сети нуждающимся ученикам.

А уже в начале сентября 2014 года министерство образования Иркутской области разослало руководителям муниципальных органов управления образования документ, в котором, в частности, сказано: «Планируется, что оплату услуг доступа рабочих мест детей-инвалидов к информационно-коммуникационной сети «Интернет» обеспечивают родители (законные представители) детей-инвалидов».

Выделять деньги из бюджета и проводить конкурс среди провайдеров в этом учебном году министерство почему-то не пожелало.

 

За бесплатное нужно платить

 

Руслан Валерьевич Дубаков проживает в посёлке Дзержинск и воспитывает четверых детей, трое из которых - инвалиды.

«Оборудование нам привезли около трёх лет назад. Каждому ребенку - отдельный компьютер. После установки аппаратуры мы долго ждали настройки и подключения, из-за этого потеряли учебный год. Затем ребятишки начали обучаться - и довольно успешно. Но в конце мая прошлого года нам отключили Интернет. Мне позвонила Ирина Васильевна Ткачёва из департамента образования Иркутского района. Она сообщила, что теперь, в соответствии с письмом заместителя министра образования Парфёнова, оплату доступа к сети планируется переложить на родителей детей-инвалидов. В случае отказа мы выбываем из проекта.

В личной беседе министр образования области Елена Осипова мне ответила, что ни о каком письме районным департаментам она знать не знает. Её заместителя Парфёнова, чьей рукой был подписан документ, на месте не было. Объяснения я получил у другого чиновника министерства – Мосиной Натальи Юрьевны. Оказалось, что письмо было составлено и разослано без ведома руководителя, так как срочно нужно было решать вопрос с учебным планом, а денег на оплату Интернета в бюджете не нашлось. Я заявил, что у меня тоже нет средств самостоятельно покрыть эти расходы. Но если моих детей отключат от проекта, то мне придётся написать запрос в прокуратуру о правомерности такого решения. На это министр стала меня уверять, что вопрос с доступом к сети для нашей семьи решат в краткие сроки и беспокоиться не стоит».

Затем были многочисленные письма, запросы, походы в приёмные Путина и Медведева, повторные встречи с министром, однообразные обещания посодействовать и решить проблему…

В прокуратуру Дубаков всё-таки обратился, но результатов это тоже не принесло. Там ему разъяснили, что домашнее обучение, которое получают его дети, – это и есть вся полнота обязанностей государства перед семьёй многодетного отца. А дистанционное образование – лишь дополнительный и необязательный проект. Так что правонарушений со стороны министерства нет.

К началу декабря дети Руслана Валерьевича не обучались дистанционно уже 3 месяца. Поняв, что от чиновников ничего не добиться, Дубаковы подключили Интернет на свои средства. Такая вот социальная защита детей-инвалидов...

Отдельно нужно отметить, что предоставляемое детям оборудование компании Apple, один комплект которого стоит 550 тысяч рублей (!), имеет свойство быстро приходить в негодность. С этой проблемой Руслан Валерьевич тоже столкнулся: «У нас из трёх комплектов работает только один, остальные больше года неисправны. Для ремонта министерство предлагает отправить их в Москву за свой счёт». А когда Руслан Валерьевич решил отремонтировать хотя бы один из неисправных компьютеров и отнёс его в сервис, мастер, осмотрев системный блок, сказал, что на фирменный Apple он похож только внешне, в основном детали китайского производства.

На этот счёт Дубаков тоже пытался обращаться в прокуратуру, но ему ответили, что не могут взять оборудование на экспертизу, так как оно не находится в его собственности.

Каково же было удивление Руслана Валерьевича, когда при столь ненавязчивом сервисе отдел образования Иркутского района представил ему на подпись три акта технического обслуживания рабочих мест детей-инвалидов на общую сумму в 416 тысяч рублей (один – на 160 тысяч и два по 128 тысяч рублей). Разумеется, щепетильный глава семьи отказался их подписывать, поскольку не пожелал подтвердить своей подписью неоказанные услуги на такую внушительную сумму.

Допустим, что случай Дубакова – единственный. Область у нас большая, хозяйство Елены Осиповой огромное, хлопотное, и система время от времени даёт сбой, поэтому одна семья Дубаковых – не показатель плохой работы чиновников. Но как прикажете расценивать следующую подборку фактов? Так ли добровольно семьи отказываются от дистанционных уроков, как рассказывают нам в министерстве?

 

Нет детей – нет проблем

 

На связи – Братский район. Говорим со Светланой Анатольевной, мамой девятиклассника Саши. В 2012 году подросток получил тяжелейшее осложнение на почки в результате перенесённого ОРЗ. Врачи рекомендовали домашнее обучение. 6 декабря 2013 года семья получила комплект оборудования стоимостью 226 тысяч рублей. При установке Светлану Анатольевну заверили, что проект реализуется за счёт государственных средств, то есть бесплатно для его участников.

7 сентября 2014 года на крыше их дома установили антенну и обещали в ближайшее время подключить Интернет, но затем школа предложила Светлане Анатольевне либо оплачивать Интернет самостоятельно, либо написать отказ от участия в проекте. Спросив о цене вопроса, мама ребёнка-инвалида ответа от школы не получила. В условиях полной неизвестности Светлана Анатольевна вынуждена была написать заявление об отказе от дистанционного обучения.

«У Саши тяжёлый диагноз. Если из трёх месяцев хотя бы 20 дней он бывает дома, то для нас это уже хорошо. В его случае было бы разумней установить это оборудование в палате, так как большую часть времени он находится в стационаре. Но даже тем непродолжительным временем, что Саша проводит дома, можно было бы распорядиться с пользой, ведь ему в этом году предстоит государственная аттестация. Интернет был бы хорошим подспорьем, но не случилось... В настоящий момент оборудование стоит у нас мёртвым грузом».

Жительница Слюдянского района Елена Валерьевна: «Моя дочь Ольга в 2013 году стала участницей проекта «Дистанционное образование детей–инвалидов в Иркутской области». Девочка обучалась в первом классе на домашнем обучении. 25 октября 2013 года нам было поставлено оборудование для учёбы. За подключение к Интернету, сказали, отвечает «Ростелеком». До августа 2014 года мы всё ждали, когда нам подключат Интернет. В августе представители конструкторского бюро «Искра» из Красноярска привезли и установили антенну. До сих пор подключения к Интернету нет. Я неоднократно обращалась к директору школы-сада № 17 посёлка Солзан Сутуриной Татьяне Дмитриевне с просьбой решить проблему. Обращалась к Фоминой, она занимается дистанционным обучением в нашем районе, но пока мой ребёнок не занимается. Я как частное лицо не могу сама заключать договор на подключение Интернета. Это должно сделать министерство образования области либо директор школы. Ребёнок учится во втором классе, по заболеванию быстро утомляется, хотелось бы решить эту проблему, так как нам необходимо, чтобы часть уроков мы занимались дистанционно. Учителя, которые были прикреплены к нам, уже несколько месяцев не звонят».

Семиклассник Валера из Осинского района тоже участвовал в проекте дистанционного обучения.  Вот что в телефонном разговоре удалось выяснить у его мамы Галины Леонидовны: «С 1 сентября прошлого года нам отключили Интернет. Сказали, что занятия начнутся с октября. В октябре снова подключили, но 21 декабря доступ к сети пропал. В школе нам сообщили, что теперь мы должны самостоятельно искать провайдера и платить за Интернет. На данный момент пользуемся USB-модемом и личным ноутбуком для связи с учителями. Интернет медленный, связь часто обрывается. Оборудование не используем, так как нет разрешения администратора на подключение к нему модема. В течение этого года у нас перестали выходить на связь некоторые учителя. Причиной мне назвали существенное сокращение оплаты за дистанционные уроки, в результате чего часть учителей отказалась работать».

Из письма тулунчанки Ольги в редакцию НКС: «Моя дочь обучается по программе дистанционного обучения, но бесплатный Интернет проведён нам не был, в связи с чем мы пользуемся услугами провайдера за свой счёт. Кроме этого, учителя, обучающие нас, также не имеют бесплатного Интернета и работают, практически не получая зарплаты.
Знаю, что в других регионах и Интернет проводится, и учителя зарплату получают регулярно и в неурезанной форме. Законно ли мы лишены вышеперечисленного?».

В посёлке Алексеевск Киренского района Ольге Владимировне, воспитывающей сына с тяжёлым диагнозом, предложили оплачивать доступ к Интернету в размере 52 тысяч рублей в месяц. Именно столько, по её словам, стоит спутниковый Интернет от красноярской фирмы «Искра». Других технических возможностей подключиться к Всемирной паутине в Алексеевске нет. Естественно, Ольге Владимировне пришлось отказаться от дистанционного обучения ребенка.

В процессе подготовки материала к публикации сотрудник редакции НКС обзвонил более тридцати родителей и опекунов детей-инвалидов из разных районов области. В основном все они оплачивают подключение к сети самостоятельно. Многие этим недовольны, но с департаментами образования спорить тяжело: в случае неоплаты чиновники грозят исключить из проекта и изъять оборудование.

Описанная ситуация порождает множество вопросов к работе министерства образования области.

Почему оборудование годами простаивает дома у детей-инвалидов, чьи семьи не в состоянии оплачивать доступ к сети?

По чьей вине сломанное оборудование своевременно не получает сервисный ремонт?

Кто дал право чиновникам от образования с лёгкостью отключать от дистанционного обучения детей-инвалидов? При этом чиновники не торопятся изъять компьютеры у тех, кто выбыл из проекта, и передать их согласным на платное обучение. Более того, в процессе сбора информации мы сталкивались со случаями, когда дети уже окончили школу, а оборудование так и оставалось у них, хотя потребность в нём отпала. Выходит, что значительная часть комплектов учебного оборудования, закупленного за сотни миллионов рублей, из-за неразворотливости и головотяпства должностных лиц оказалась одноразового использования?

По данным двухгодичной давности в нашей области насчитывалось порядка тринадцати тысяч детей-инвалидов. Даже если вычесть детей, не достигших школьного возраста, и тех, чьи диагнозы делают в принципе невозможным дистанционное обучение, то неужели в регионе не остаётся желающих подключиться к проекту? Почему минобразования не следит за тем, используется ли оборудование, и не может организовать своевременный ремонт?

Какого происхождения компьютеры, поставляемые детям под видом качественной фирменной техники?

Каков реальный масштаб приписок по статье «Техническое обслуживание рабочего места ребёнка-инвалида»?

Чем отличается наш регион от других, в которых проект бесплатного дистанционного обучения продолжает действовать (Новосибирск, Красноярск и др.)? Какова эффективность работы министерства образования области в реализации этого проекта в целом и есть ли ожидаемая отдача от бюджетных вложений в дистанционное обучение?

На все эти вопросы редакция «Народного контроля Сибири» и родители детей-инвалидов надеются услышать вразумительные ответы.

Прошу считать данный материал основанием для проверки.

 

Мария Полунина

 

 

P.S. Готовя материал к публикации, редакция пыталась объективно отразить позицию министерства по сложившейся ситуации с дистанционным образованием. Однако епархия Елены Осиповой была предельно лаконична в своих ответах, а местами рассеяна и забывчива, что вынуждало нас отправлять дополнительный запрос, возвращая невнимательных специалистов к выпавшим из поля зрения пунктам. Особенная несобранность специалиста, готовившего ответ на запрос, проявлялась тогда, когда наши вопросы касались финансовой стороны проблемы. И даже вынужденно отвечая на поставленные вопросы, министерство не предоставило редакции НКС всю полноту информации в части госзакупок. Впрочем, наш самостоятельный поиск дал свои результаты, которые заслуживают внимания читателей – к ним мы ещё вернёмся.

 

РОНО

может СК Ио проведет полную проверку, а не только специалистов с районных территорий под увольнение подведут. Всем этим заведует Парфенов, а он только обещает разобраться и больше ничего не делает.

Акт КСП мы не видели, но Министр ссылается что из-за КСП эти проблемы. А по ходу чиновники просто не обосновали затраты и пошли на принцип. Осипова издевается на учителями, постоянный шантаж зарплатами или уголовными делами.

0 0

29.04.2015 12:06:44

вверх